Loading

Небоскрёб: Перелёт

«Небоскрёб» — именно такой, каким казался по трейлерам: «Крепкий орешек» эпохи супергероев и бешеных терабайтов. Причём в результате то ли внутренней диверсии, то ли удивительной глупости, самый первый трейлер намеренно уменьшил разницу между фильмами, фактически выдав кино за неофициальный римейк и убив любые ожидания одним махом. Потом одумались, другие трейлеры отчаянно убеждали в обратном, но было поздно: Дуэйн был разоблачён.

До самого конца непонятно, что ты смотришь: плагиат, пародию или оммаж, учитывая, что премьера «Небоскрёба» случилась в юбилей первого “Die Hard”, который вышел 30 лет назад в те же дни.

Типа, давайте сделаем то же самое, но наоборот. Вместо рождественского кино будет летнее, вместо японцев — китайцы, вместо Лос-Анджелеса — Гонконг (чтоб сразу квоту на китайский рынок получить), а небоскрёб сделаем не просто офисным зданием, но и жилым, с целым парком внутри, и чтоб раза в три выше, со всеми наворотами, будто новое чудо света.

Уиллис прыгал, обмотанный пожарным шлангом, а Дуэйн использует верёвку и статую. Он тоже хромает, но не потому, что бегал по стеклу голыми ногами, а потому что протез. Он не заперт в небоскрёбе — он сам себя там запирает. Он спасает не только жену, но ещё и детей. Сразу двух. Один из них, разумеется, с астмой, ведь здоровые дети — это упущенные возможности. Правда, «Небоскрёб» всё равно использует эту астму лишь один раз: чтобы разделить детей, и убрать одного со сцены.

Уиллис примотал скотчем пистолет к спине, а Дуэйн этим скотчем обматывается едва ли не весь: и раны заматывает, и заложников вяжет, и шутит про него как-то двусмысленно. Прям ждёшь, что он тоже наклеит к спине что-нибудь. Например, топор. Дуэйн отлично с ним смотрится, и он это знает. Сегодня он наконец превратился в Скалу и одновременно вконец забронзовел как актёр, так что ему и правда остаётся лишь брать в руки что-нибудь массивное, принимать грозную позу и произносить твёрдо и пафосно: «Я знаю, что могу погибнуть, но там мои дети, и я их не брошу».

Или, как вариант, чтобы он с таким видом шутил. Это у него тоже хорошо получается. Правда, «Небоскрёб» старается не слишком много прикалываться, как будто таким образом он растеряет накал страстей. Хотя какой там накал, когда в кадре Дуэйн, который, само собой, всё перепрыгнет, всех перебьёт, перехитрит, и живых, и мёртвых, и виртуальных. Полтора часа показывают натурально глыбу, которой всё нипочём, даже если она делает вид, что ей тяжело и больно.

Но «Небоскрёб» уж слишком спешит. Как будто сам желает поскорее закончиться. Словно позволь он себе минуту спокойствия — и пропадёт магия, и зал опустеет. Спадёт морок, и люди вдруг увидят миллион тупых сюжетных допущений. Абсолютно на все детали фильм тратит самый минимум внимания: протез, астма, семья в горящем доме, небоскрёб-город — вообще всё, включая персонажей, раскрывается быстро и поверхностно. Если кого-то спасают — пять минут, и он спасён. Если кто-то предатель — пять минут с первого подозрения, и он уже раскрыт, и тема закрыта.

Такое синтетическое кино в один акт с прологом, где и злодеи, и мотивы неожиданно мельче устроенной заварухи, где всё максимально просто и очевидно, но всё равно объясняют вслух для дебилов. Когда доходит до прикола с перезагрузкой, даже сложно понять, они это серьёзно или это такая ирония. Или пост-ирония? Прям как получилось у Бэя в последних «Трансформерах» (да и вообще в половине его фильмов).

Впрочем, это уместно, потому что «Небоскрёб» как раз притворяется бэевщиной. Даже Стива Яблонски выписали. Тот написал что-то фоново-невзрачное, а в финале внезапно выдал пост-рок уровня «Острова». Если бы остальной фильм не был дурацко-пародийным, это бы даже растрогало. А так просто недоумеваешь.

Источник

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

пять × 5 =

Top